Игорь рассказал Медиа-Полесью о работе в условиях пандемии.
– Игорь, сейчас ты лечишь людей от коронавируса. Скажи, не жалеешь ли о переезде?
– Не жалею ни в коем случае. Мне нравится моя работа, специальность, и я доволен тем, чем занимаюсь.
![Игорь Мойсак с женой. Дарья - фармацевт, она также работала по распределению в Лунинецкой ЦРБ](https://media-polesye.com/wp-content/uploads/2020/03/mojsak-s-zhenoj-italiya.jpg)
– Расскажи, как проходит твоя смена, с какими сложностями сталкиваешься?
– Работаю в отделении экстренной и неотложной помощи. Специфической терапией пациентов с коронавирусной инфекцией мы не занимаемся. Мы диагностируем и стабилизируем их состояние. Рабочая смена длится 12 часов. Всё это время находимся в средствах индивидуальной защиты, которые включают в себя влагонепроницаемые костюмы. В них мы одеты с ног до головы. Также имеем респираторы с фильтром определённого уровня защиты, носим очки или защитные экраны. На руках – две пары перчаток: первая пара служит, как кожа, мы их обычно не снимаем всю смену. Меняем только вторую пару перчаток. Работать, будучи одетыми в эти средства защиты, очень тяжело, буквально через пять минут начинаешь потеть. Потеешь настолько сильно, что уже через полчаса потоотделение прекращается, потому что ты абсолютно обезвожен. Одноразовая поллитровая бутылка воды выпивается, – из моего опыта, – за пять-семь секунд. Через несколько минут приходит новая волна пота, и через следующие 10 минут ты снова перестаёшь потеть. И так 12 часов. Количество пациентов за день зависит, конечно, от места, где ты работаешь. В нашей больнице – больница Святого Маттео в Павие – в день наблюдаем не менее 25-30 пациентов.
– Почему одни люди излечиваются от коронавируса, а другие умирают?
Слушайте интервью от первого лица.
– В первую очередь, смертность и исход заболевания при коронавирусной инфекции зависит от базового состояния здоровья человека. То есть, молодой, здоровый, естественно, имеет больше шансов на благоприятный исход. В отличие от пожилого с сопутствующей паталогией. Но это не должно быть обманывающим моментом: если человек молодой, не значит, что он не может заболеть тяжело, попасть в реанимацию, быть заинтубированным и вентилированным искусственно. Многие пациенты, которые интубируются, в том числе и молодые, могут после экстубации развить фиброз лёгких. Фиброз лёгких не связан с процедурой вентилирования, он связан с исходами воспаления лёгочной ткани. То есть, человек вместо нормальных лёгких на выходе будет иметь два пластиковых пакета, которые не могут выполнять свою функцию. Человек останется, по сути, инвалидом. Да, он выжил, он есть, но он не сможет вести полноценную жизнь.
– 8,3 процента всех итальянских врачей заразились коронавирусом. С чем это связано и какие дополнительные, возможно, меры предосторожности нужно предпринимать нашим врачам? Что ты можешь посоветовать?
– 8,3 процента – это достаточно много. И думаю, что это связано с тем, что поток пациентов слишком большой и просто не всегда хватает времени думать о себе. Это больше связано, скорее всего, с самоотдачей в профессии, нежели с чем-то другим.
– Каким диагнозом можно преднамеренно скрыть инфицирование коронавирусом?
– В плане скрытия не могу сказать, у нас этим никто не занимается, но под коронавирусной инфекцией к нам приезжали различные заболевания, вплоть до кардиогенного отёка лёгких. Точно также, как в чистом приёмном отделении на сортировке были ложные отсортированные, как «чистые» пациенты, – пациенты с коронавирусной инфекцией, которые имели кишечные расстройства.
– Перейдём к профилактике. Аскорбиновая кислота, мёд, чеснок – что-нибудь из этого может помогать? Что делать, чтобы себя обезопасить?
– Специфических средств профилактики именно от того штамма коронавирусной инфекции, который мы имеем сейчас, не существует. Единственное, что может уменьшить риск заражения, – оставаться дома, избегать посещения публичных мест, как бы это ни было прискорбно, не видеть друзей, приятелей, избегать каких-то минимальных контактов с другими людьми, мыть руки. Если имеем признаки респираторной инфекции, не бежать сломя голову на приём к врачу, лучше вызвать врача домой, поговорить с ним по телефону. Если у нас есть признаки респираторной инфекции, если есть насморк, мы кашляем, чихаем, – стараться кашлять и чихать, прикрывая рот и нос локтем, не рукой, потому что всё, что попадает на руку, если нет возможности сразу же помыть руки или нет салфетки, этой же рукой мы можем трогать другие предметы, оставляя на них микробные частицы, увеличивая риск заражения других людей. Естественно, должно быть сбалансированное питание, регулярная физическая активность, даже дома, желательно не менее часа в день, чтобы повысить общий уровень физического здоровья, чтобы, если вдруг встретимся с этой инфекцией, мы смогли позволить нашему организму выиграть время на то, чтобы побороться с ней.
– Лукашенко сказал, что нужно ежедневно по 40-50 грамм в пересчёте на чистый спирт внутрь пить, чтобы инфекцию изнутри травить. Поможет?
– Алкоголь влияет негативно на иммунную систему человека, что увеличивает нашу восприимчивость к инфекции – любой, в том числе коронавирусной. Поэтому алкоголь – ни в коем случае.
– Есть люди, которые всерьёз не воспринимают вирус, не собираются менять свой образ жизни. Что с этим делать?
– Уровень образованности у всех людей разный. Поэтому на них мы повлиять никак не можем, лучший способ – сторониться этих людей, так как это, скорее всего, будущие переносчики коронавирусной инфекции.
– Читаешь ли постсоветские СМИ, что думаешь насчёт того, что пишут у нас? Реакцию людей, возможно, отслеживаешь в комментариях? Есть люди, которые жалуются на то, что СМИ нагнетают обстановку и на самом деле всё не так серьёзно.
– Периодически читаю новости белорусских СМИ, читаю из любопытства и комментарии людей. Очень много людей считает, что их держат в неведении чего-то, что кто-то что-то скрывает. Не знаю, как на самом деле. Но видя, как себя ведёт инфекция, как ведёт себя эпидемия, те данные, которые официально опубликованы, кажутся реальными. Если бы на самом деле была серьёзная вспышка коронавирусной инфекции в Беларуси, это бы стало очевидным. Это не значит, что этой вспышки не может быть и нету её угрозы. Она, естественно, есть. Видя, насколько инфекция контагиозна и насколько она заразна и агрессивна, рано или поздно инфицированы будут практически все. И не будет ни одной страны, которая не ощутит на себе эту проблему. Повторюсь ещё раз: не обязательно, чтобы кто-то решал за вас то, как себя обезопасить.
Противоэпидемические мероприятия ни от кого не скрываются, они общеизвестны: нужно самоизолироваться, избегать общественных мест, не посещать тренажёрные залы. Вполне можно тренироваться дома, это не проблема. Не посещать кинотеатры, стадионы. Сидите дома, выходите только при острой необходимости: если нужно купить продукты, обратиться за медицинской помощью или если идёте на работу.
Старайтесь не использовать общественный транспорт, если можете дойти до работы пешком, выйдите на полчаса раньше, зайдите пешком, обезопасьте себя и других.
– Всё-таки если сейчас в Беларуси эпидемии нет, она придёт в любом случае?
– Да, это потенциальная проблема для любой страны, и к этому нужно быть готовыми. Быть готовыми технически, интеллектуально. То есть, большее количество врачей должно быть в состоянии вести пациентов с острой дыхательной недостаточностью. Говоря простыми словами, реаниматологов на всех не напасёшься.
Не хочу никого пугать или сеять панику, но нужно понимать, что это новая инфекция, мы не имеем иммунитета против неё. И если мы встречаемся с этой инфекцией, мы заболеваем, поэтому не существует никакой естественной защиты и невосприимчивости против неё. Поэтому она так себя ведёт, поэтому каждый день захватывает новые территории.
– Твой прогноз: как долго продлится мировая эпидемия коронавируса?
– Не будучи эпидемиологом, каких-то серьёзных прогнозов не могу дать, но я не вижу перспективы спада заболеваемости до осени – начала зимы. Здесь не столько вопрос о длительности эпидемии, сколько – о темпах её развития. В смысле, если одновременно заболевает много людей, много людей будет нуждаться в поддерживающей терапии. В поддержке кислородом, в поддержке с помощью искусственной вентиляции лёгких. И не всем это будет доступно, если все заболеют в один момент.
Смертность зависит, в первую очередь, от того, сколько людей заболевает в один момент. Если эпидемия будет длиться 5 лет, но не будет большого количества заболеваний в день, будет меньше жертв.