Тихановский считает, что Светлане стоило сесть в тюрьму. А что он сделал со своей свободой?

 

По его версии, арест кандидата, за которого проголосовало множество белорусов, мог подтолкнуть людей к всеобщей забастовке и дать протесту дополнительный шанс.

Да не было бы Тихановской — сидела бы она в тюрьме — что, Цепкало не делали бы эту работу? Делала бы Вероника Цепкало эту работу, и Маша [Колесникова] делала бы эту работу

Но эта версия строится на предположении, которое невозможно проверить.

И сегодня возникает другой вопрос: Сергей Тихановский сам провел за решеткой больше пяти лет, вышел на свободу и теперь может действовать. Что именно он предлагает сделать сейчас?

Был ли у Светланы простой выбор: остаться или уехать?

Сегодня Тихановский говорит об этом почти как о вопросе личной смелости.

Но в 2020 году ситуация была сложнее.

Светлана получала угрозы, связанные в том числе с детьми. Детей пришлось вывезти из Беларуси, а сама она после нескольких часов в ЦИК покинула страну под давлением.

Поэтому сводить произошедшее к формуле «побоялась тюрьмы» слишком просто.

Пока Сергей уже находился за решеткой, именно на Светлану легла ответственность за безопасность детей и дальнейшую жизнь семьи.

Колесникова осталась. Что это изменило?

Сергей Тихановский приводит в пример Марию Колесникову.

Но именно ее история ставит его версию под сомнение.

Колесникова осталась в Беларуси. Когда ее пытались вывезти из страны, она разорвала паспорт. После этого ее заключили под стражу, а позднее приговорили к 11 годам.

То есть сценарий, который Тихановский сегодня предлагает для Светланы, фактически произошел с другим лидером протеста.

Но это не привело автоматически ни к всеобщей забастовке, ни к освобождению политзаключенных, ни к смене власти.

Забастовки тоже были

Тихановский считает, что Светлана слишком поздно призвала к забастовке.

Обсуждать стратегические ошибки штаба можно и нужно.

Но забастовки на крупных предприятиях начались еще в августе 2020 года.

Работников увольняли, активистов задерживали, на стачкомы оказывали давление.

Поэтому проблема заключалась не только в том, сказал ли кто-то вовремя нужное слово. Протест столкнулся с государственным аппаратом, который обладал значительно большими ресурсами давления.

А теперь Тихановский сам свободен

В июне 2025 года Сергея Тихановского освободили после переговоров американской стороны с Александром Лукашенко.

То есть его собственное освобождение произошло не потому, что его тюремное заключение вызвало всеобщую забастовку.

Результат дала дипломатия.

После выхода Тихановский говорил о больших политических планах, работе с США, поиске союзников и необходимости добиться изменений не за годы, а значительно быстрее.

Теперь прошло время, и к нему самому можно применить тот же принцип ответственности, который он применяет к другим.

Что удалось сделать?

Какие переговоры дали результат?

Каких союзников удалось привлечь?

Как его нынешняя деятельность помогает политзаключенным и людям внутри Беларуси?

Пока Светлана «училась пожимать руки»

Отдельно звучит фраза Тихановского о том, что «домохозяйку можно прокачать»: научить языку, читать с суфлера, давать интервью и встречаться с политиками.

Но за этой формулировкой исчезают несколько лет реальной работы.

Пока Сергей находился в заключении, Светлана стала публичным представителем демократических сил, встречалась с руководителями государств, добивалась сохранения темы политзаключенных в международной повестке и одновременно воспитывала детей без находившегося в тюрьме отца.

Это не означает, что ее нельзя критиковать.

Но сводить весь этот период к тому, что кого-то «научили читать с суфлера», — значит просто игнорировать значительную часть произошедшего.

Главное противоречие

В словах Сергея есть и очевидная логическая проблема.

С одной стороны, он утверждает, что арест Светланы мог настолько потрясти страну, что люди перестали бы работать и протест получил бы новый импульс.

С другой — говорит, что ее легко могли заменить Вероника Цепкало или Мария Колесникова.

Но если именно Тихановская обладала такой огромной символической силой, значит она не была легко заменяемой фигурой.

А если была полностью заменима — почему именно ее тюрьма должна была изменить историю?

Тюрьма — не политическая квалификация

Еще жестче звучит фраза Сергея о том, что Светлана не может подписать письмо бывших политзаключенных и ей нужно «сначала съездить туда».

Если документ предназначен исключительно для бывших заключенных, она действительно формально к ним не относится.

Но отсюда не следует, что человек должен сначала попасть в тюрьму, чтобы иметь право поддерживать освобождение политзаключенных или обсуждать политические решения.

Сергей Тихановский пережил тяжелое заключение. Этот опыт дает ему право рассказывать о белорусской тюрьме из первых рук.

Но он не делает любую его политическую версию автоматически правильной.

Вопрос уже не только к Светлане

Шесть лет спустя легко рассуждать, кто должен был остаться, кто — сесть, кто — объявить забастовку и кто поступил недостаточно решительно.

Но сегодня сам Сергей Тихановский находится на свободе.

У него есть аудитория, возможность говорить публично, вести стримы, встречаться с людьми и предлагать собственную стратегию.

Поэтому главный вопрос сейчас звучит иначе:

что он сам собирается делать со своей свободой?

Не что Светлана должна была сделать в августе 2020-го.

Не что сделали неправильно другие.

А что он предлагает сделать в 2026 году и какого результата уже добился.

Возможно, именно этому и стоило бы посвятить один из следующих стримов.

Потому что объяснять другим, что они должны были сделать вчера, значительно проще, чем показать, что ты способен сделать сегодня.

Чтобы следить за важными новостями, подписывайтесь на наш канал в Telegram и группы в социальных сетях: Вк, Одноклассники, Facebook, Instagram, ТикТок.